Литературный дневник Артёмки Клёна — стихи, проза, философские записи
Добро пожаловать на мой личный литературный дневник.
Здесь я публикую стихи, рассказы, размышления и фрагменты из повести «Ветер в глазах».
Пишу о переживаниях, одиночестве, философии и пути, который проходит каждый подросток, ищущий себя.
Этот текст — про определение порядка, чьи «маски» и когда будут опубликованы. О порядке, который оказался нечестным Сегодня утром я скинул ребятам «Маску
С третьей главой в «Сыне Земли» кое-что ощутимо изменилось.Не резко, не внешне — но по сути. Это тот момент, когда история перестаёт быть только движением
Сын Земли: как рождается роман Я опубликовал вторую главу «Сына Земли» — и внезапно понял одну простую вещь: на сайте о нём до сих пор нет ни строчки.
Для кого повесть «Ветер в глазах» Эта повесть о детской травме родилась не как учебный или терапевтический текст, а как честное переживание.
🌬️«Ветер в глазах» — повесть, которую я закончил Как вы видите жизнь?Что вы помните о том, что чувствовали десять лет назад?А двадцать?А когда вам было четырнадцать?
Мои мысли о главе 14 Эта глава… она не про сюжет.Она про то, что происходит, когда двое детей встречают не просто страх —а отражение собственной травмы
Это интервью — о том, как повесть и психология могут работать вместе, помогая детям проживать травму и понимать себя. Зачем я взял это интервью Я хочу
«Шёпот шахт» — книга, которая действует не фронтально, а исподволь. Это не история ради событий, а текст, который живёт атмосферой и пользуется ею куда
Что скрывается за конкурсами, оценками и ожиданиями взрослых? Почему подросток может улыбаться и учиться — и одновременно царапать себе запястье?
Неделя тишины. Десять стихотворений. И глава, которая стала для меня одной из самых важных. Я почти не писал прозу несколько дней, и хочу честно рассказать почему.
Никита и я шли зачем-то по бордюру.Осень ещё напоминала, что она здесь была: жёлтые листочки под тонкой посыпкой свежего снега, и редкие листики-храбрецы
Сегодня в дневнике будет не просто разбор главы — это, наверное, самая эмоционально тяжелая штука, которую я писал за весь «Ветер в глазах».