Повесть Артемки Клена «В зенит», как и большая часть написанных им произведений, посвящена детдомовцам, их жизненным историям и переживаниям, но на сей раз прототипом главного героя не является сам автор. Здесь действуют другие подростки, в основном круглые сироты, каждый со своей трагедией в душе.
Многие характерные черты прежних произведений автора перекочевали и сюда. Город, где расположен описываемый детдом, опять северный, персонал детдома сплошь состоит из порядочных людей, которых искренне волнуют душевные проблемы их воспитанников, а все зло приходит сюда со стороны. Сами юные герои все такие же чувствительные, и хотя им в основном лет четырнадцать, а кому-то и шестнадцать, плачут по ходу дела тут все. У каждого из подростков свои фобии, но почти все сочувствуют друг другу, стараются как-то утешить и при нужде встают друг за друга горой. Детдомовцы называют друг друга братьями и сестрами, и их воспитатели стараются поддерживать в своих группах практически семейную атмосферу, хотя кого-то усыновляют, а на их место постоянно приходят новички. Вот с ними и возникают основные проблемы.
Главный герой Гриша — как раз такой новичок. В начале повествования, когда он живет в родной семье, это достаточно эгоистичный парень, который подворовывает у матери и не прочь, что называется, пустить пыль в глаза даже близкому другу. Но после очередной кражи и размолвки с матерью родители Гриши гибнут в автокатастрофе, а дед вскоре тоже умирает, не выдержав потрясения, и это становится для Гриши катарсисом. Теперь он во всем винит себя, и уже окружающим приходится доказывать ему, что в случившемся нет его вины.
Гриша быстро сходится с товарищами по детдому. Первым его другом становится Саша, проживающий с ним в одной комнате, затем Марк, чьего друга недавно усыновили и потому он маялся и бродил в одиночестве по окрестностям. Саша проживает в детдоме уже три года, после того, как его родителя вывалились из окна из-за пьяного куража отца, а Марк — даже шесть лет, его родители погибли при пожаре. Саша с Марком рассказывают новому другу, как им удается справляться с болью от утрат. Гриша оказывается настолько общителен, что ему удается навести контакты даже с талантливым художником Лешей, попавшим в детдом при живых родителях и выбравшим для себя роль изгоя. Гриша постепенно приучается к детдомовским порядкам, в чем ему помогают не только воспитатель Сергей и местный психотерапевт, но и шестнадцатилетний Паша — неформальный лидер детдомовской группы.
Повествование не обходится и без явно отрицательных героев. Их тут, собственно, всего двое: сотрудница опеки Алевтина и домашний ребенок Тимур, которого эта самая Алевтина после задержания родителей отправила в детдом, даже не проверив возможность пристроить его к другим родственникам. История эта выглядит крайне мутной, поскольку Тимур, судя по его поведению, сам рвался попасть в детдом, имея крайне наивные представления о царящих там порядках. Несоответствие между ожиданиями и суровой действительностью привело к конфликту с соседями по группе, в ходе которого юного наглеца избили и сломали ему руку, после чего все та же Алевтина учинила следствие по этому поводу, откровенно угрожая свидетелям, и урезонивать ее приходится при помощи уполномоченного по правам детей и офицера полиции.
Гриша, уверенный, что его родные после смерти попали на небеса, тешит себя надеждой отправить им послание при помощи воздушных шариков. Этой своей верой он заражает и приятелей по детдому, и даже директриса Вера Александровна поддерживает порыв своих воспитанников, только предлагает изменить способ связи — сжечь письма на костре, чтобы содержание их с дымом вознеслось к небесам. Костер, таким образом, становится своеобразным жертвенником. После этого символического акта покаяния перед родными Гриша перестает терзаться чувством вины перед ними, и дальнейшая жизнь главного героя и его друзей и знакомых вполне тянет на хэппи-энд. Даже Алевтина, похоже, раскаивается в своих перед ним прегрешениях.
Основное достоинство повести заключается в очень откровенных признаниях ее юных героев, их рефлексии, в результате возникают очень яркие образы травмированных несправедливой судьбой, но при этом активно выстраивающих свою новую жизнь подростков, и откровенно религиозные мотивы их действий в последнем эпизоде оказываются здесь очень к месту. Характерная для автора своеобразная форма построения текста, состоящего из коротких, рубленых фраз, хорошо передает переживания героев.
Данное произведение стоит отнести к лучшим образцам психологической литературы, и его можно рекомендовать не только поклонникам этого жанра, но и более широкому кругу читателей, склонных к серьезным размышлениям.