«Любимый внук» — третья глава «Игры Артэона». После знакомства с Архилисцем Артэон оказывается во дворце и входит в королевскую семью как внук короля. За юмором и теплом главы скрывается важный поворот: Артэон начинает не просто наблюдать за людьми, а менять их мир изнутри.
Артэон переносится на тысячу лет вперёд и прибывает в Архилисец — столицу людей. Там он знакомится с детьми, видит человеческую магию, Лесций и Кларифов, а затем впервые понимает: созданный им мир уже живёт своей опасной и сложной жизнью.
«Создание мира» — первая глава «Игры Артэона». Это мифологическое начало истории, где Артэон впервые задаёт форму своей вселенной. Он создаёт не только народы и магию, но и главный принцип мира — справедливость, воплощённую в Лии.
Рецензия Arliryh на повесть «В зенит»: психологическая проза о детдоме, утрате родителей, чувстве вины, братстве и письмах, отправленных в зенит.
Рецензия Julian-gnostik на повесть «В зенит»: психологическая проза о детдоме, сиротстве, вине, братстве, утрате и поиске новой жизни.
Рецензия на повесть «Шёпот шахт»: атмосферная подростковая история о геологическом лагере, тревоге, тайнах шахт и странном шёпоте под землёй.
Рецензия Julian-gnostik на повесть «Мальчик НИРА»: научная фантастика об искусственном интеллекте, детдоме, братстве, спецслужбах и этике технологий.
Рецензия Julian-gnostik на повесть «Ветер в глазах»: психологическая проза о детдоме, внутреннем конфликте, рефлексии героя и поиске опоры.
Психологическая рецензия Артура Кашина на повесть «Ветер в глазах»: подростковая травма, привязанность, паника, диссоциация и терапевтическая ценность текста.
Рецензия Андрея Винтера на повесть «Ветер в глазах»: психологическая подростковая проза о детском доме, эмоциях, взрослении и честном взгляде ребёнка.
Прошёл второй год жизни Гриши в детском доме. Он учится, рисует у бабушки Любы, говорит с доктором о страхах, ездит к маме и дедушке и всё чаще чувствует рядом не только потерю, но и тех, кто остался. Старое укрытие Марка получает новую крышу и свет лампы — как тихий знак, что дом можно построить заново.
Группа идёт к реке, где среди закатного света, запаха кедров и старого пепла разгорается костёр. Письма, написанные детьми и взрослыми, одно за другим уходят в огонь, а серый дым поднимается вверх — в зенит, превращая личную боль в общий ритуал памяти и тихого принятия.
